Постановление конституционного суда 1996

Статья на тему: "Постановление конституционного суда 1996" с полным описанием тематики и ответами на интересующие вопросы. За консультацией можно обратиться к дежурному консультанту.

Постановление Конституционного суда РФ от 24 октября 1996 г. No. 17-П

Статья 2 Федерального закона «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах» распространила часть вторую пункта 7 статьи 5 Федерального закона «Об акцизах» на отношения, возникшие до истечения десяти дней с момента его официального опубликования, т.е. придала этой норме обратную силу. Тем самым с 1 февраля 1996 года были введены акцизы по подакцизным товарам, происходящим и ввозимым с территории государств — участников Содружества Независимых Государств, которые ранее акцизами не облагались, что ухудшает положение налогоплательщиков и явно нарушает статью 57 Конституции Российской Федерации. Негативные последствия придания закону обратной силы связаны также с недифференцированным его применением таможенными органами без учета требований названной конституционной нормы.

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 24 октября 1996 г. No. 17-П

ПО ДЕЛУ О ПРОВЕРКЕ КОНСТИТУЦИОННОСТИ ЧАСТИ ПЕРВОЙ

СТАТЬИ 2 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА ОТ 7 МАРТА 1996 ГОДА

«О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ЗАКОН РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Поводом к рассмотрению дела явились: запрос Арбитражного суда Брянской области в связи с рассмотрением иска по делу товарищества с ограниченной ответственностью «Эйдос», а также жалобы акционеров акционерного общества закрытого типа «Альфа — Эко» — М.Э. Безелянского, Г.Б. Хана и А.Б. Шелухина, товариществ с ограниченной ответственностью «Титан» и «Кентавр», общества с ограниченной ответственностью «Норок». В обращениях ставится вопрос о нарушении конституционных прав и свобод частью первой статьи 2 Федерального закона от 7 марта 1996 года «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах», которая придает обратную силу Федеральному закону «Об акцизах» (в редакции от 7 марта 1996 года), ухудшая тем самым положение налогоплательщиков.

Поскольку все обращения касаются одного и того же предмета, Конституционный Суд Российской Федерации в соответствии со статьей 48 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» соединил дела по этим обращениям в одном производстве.

Заслушав сообщение судьи — докладчика Г.А. Гаджиева, объяснения представителей сторон, выступления приглашенных: начальника Валютного департамента Министерства финансов Российской Федерации В.Б. Волкова, заместителя начальника Правового управления Государственного таможенного комитета Российской Федерации А.А. Наумова, исследовав представленные сторонами документы и другие материалы, Конституционный Суд Российской Федерации

1. Федеральным законом от 7 марта 1996 года «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах» (статья 1) утверждена новая редакция Закона «Об акцизах», которая вступает в силу с 1 февраля 1996 года (часть первая статьи 2).

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

В прежней редакции Закона «Об акцизах» содержалась норма, предусматривавшая освобождение от обложения акцизами товаров, ввозимых из стран Содружества Независимых Государств. В статьей 5 (пункт 7, часть вторая) Федерального закона «Об акцизах» (новая редакция), напротив, предусматривается уплата акцизов по подакцизным товарам, происходящим и ввозимым с территории государств — участников Содружества Независимых Государств.

В связи с введением в действие Федерального закона от 7 марта 1996 года «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах» Государственный таможенный комитет Российской Федерации 15 марта 1996 года разослал начальникам региональных таможенных управлений телетайпограмму с указанием взимать с 1 февраля 1996 года акцизы в отношении подакцизных товаров, происходящих с территории стран Содружества Независимых Государств, по ставкам, установленным для ввозимых на территорию Российской Федерации подакцизных товаров. Одновременно дано указание провести, начиная с 1 февраля 1996 года, довзыскание сумм акцизов в отношении названных товаров, предъявленных к таможенному оформлению после 1 февраля 1996 года.

Товарищества с ограниченной ответственностью «Титан» и «Кентавр» и общество с ограниченной ответственностью «Норок» просят признать неконституционной статью 2 Федерального закона «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах» в целом. В запросе Арбитражного суда Брянской области в качестве предмета обращения указана только часть первая статьи 2 Закона. Акционеры акционерного общества закрытого типа «Альфа — Эко» ходатайствуют о признании не соответствующей Конституции Российской Федерации статьи 2 Закона применительно к части второй пункта 7 статьи 5 Федерального закона «Об акцизах» (в редакции от 7 марта 1996 года).

В соответствии с пунктом 3 части первой статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» Конституционный Суд Российской Федерации по запросам судов и по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод вправе рассматривать вопрос о конституционности норм закона, примененных или подлежащих применению в конкретном деле. Таможенными органами было применено положение части первой статьи 2 Федерального закона «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах» в отношении товаров, указанных в части второй пункта 7 статьи 5 Федерального закона «Об акцизах». Следовательно, предметом рассмотрения по данному делу является часть первая статьи 2 названного Федерального закона постольку, поскольку действие содержащейся в ней нормы было распространено на товары, указанные в части второй пункта 7 статьи 5 Федерального закона «Об акцизах».

2. Статья 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации не определяет круг субъектов, правомочных обращаться в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобами, оставляя это на усмотрение законодателя. Согласно части первой статьи 96 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» правом на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с индивидуальной или коллективной жалобой на нарушение конституционных прав и свобод обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле, а также объединения граждан.

По смыслу указанной нормы граждане и созданные ими объединения вправе обратиться с конституционной жалобой на нарушение прав, в частности, самого объединения, в тех случаях, когда его деятельность связана с реализацией конституционных прав граждан, являющихся его членами (участниками, учредителями). В данном случае акционерное общество, товарищества и общество с ограниченной ответственностью, обратившиеся в Конституционный Суд Российской Федерации, по своей сути являются объединениями — юридическими лицами, которые созданы гражданами для совместной реализации таких конституционных прав, как право свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (статья 34, часть 1, Конституции Российской Федерации) и право иметь в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом как единолично, так и совместно с другими лицами (статья 35, часть 2, Конституции Российской Федерации). Следовательно, на данные объединения граждан в качестве субъектов названных прав в полной мере распространяется требование статьи 57 Конституции Российской Федерации о недопустимости придания обратной силы законам, ухудшающим положение налогоплательщиков.

Читайте так же:  Дадут ли родовой сертификат без прописки

Нарушение законом конституционных прав и свобод служит основанием для обращения за их защитой в Конституционный Суд Российской Федерации. Заявители по данному делу — товарищества и общество с ограниченной ответственностью и акционеры акционерного общества реализовали это свое правомочие.

Таким образом, рассматриваемые жалобы являются в соответствии с требованиями Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» допустимыми.

3. Статья 57 Конституции Российской Федерации обязывает каждого платить законно установленные налоги и сборы. Согласно налоговому законодательству субъектами обязанности платить налоги и сборы являются как физические, так и юридические лица. Возлагая на налогоплательщиков эти обязанности, государство вместе с тем гарантирует им и защиту от незаконных налогов и сборов в соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации, предусматривающей также, что законы, устанавливающие новые налоги или ухудшающие положение налогоплательщиков, обратной силы не имеют.

4. Согласно статьей 15 (часть 3) Конституции Российской Федерации неопубликованные законы не применяются. Исходя из этого конституционного требования законодатель в Федеральном законе от 14 июня 1994 года «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» определил общие правила вступления законов в силу.

В соответствии с ними на территории Российской Федерации применяются только те федеральные законы, которые официально опубликованы. Они вступают в силу одновременно на всей территории Российской Федерации по истечении десяти дней после дня их официального опубликования, если самими законами не установлен другой порядок вступления их в силу.

По смыслу Конституции Российской Федерации и названного Федерального закона общим для всех отраслей права правилом является принцип, согласно которому закон, ухудшающий положение граждан, а соответственно и объединений, созданных для реализации конституционных прав и свобод граждан, обратной силы не имеет. Данный принцип применен, в частности, в гражданском (статьи 4 и 422 Гражданского кодекса Российской Федерации), таможенном (статья 234 Таможенного кодекса Российской Федерации), уголовном (статья 6 Уголовного кодекса РСФСР) законодательстве.

Вместе с тем Конституция Российской Федерации содержит и прямые запреты, касающиеся придания закону обратной силы, которые сформулированы в ее статьях 54 и 57. Положение статьи 57 Конституции Российской Федерации, ограничивающее возможность законодателя придавать закону обратную силу, является одновременно и нормой, гарантирующей конституционное право на защиту от придания обратной силы законам, ухудшающим положение налогоплательщиков, в том числе на основании нормы, устанавливающей порядок введения таких законов в действие.

Одновременно Конституция Российской Федерации не препятствует приданию обратной силы законам, если они улучшают положение налогоплательщиков. При этом благоприятный для субъектов налогообложения характер такого закона должен быть понятен как налогоплательщикам, так и государственным органам, взимающим налоги.

5. В соответствии с Федеральным законом «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» момент вступления закона в силу определяется истечением десятидневного срока со дня его официального опубликования, если самим законом не установлен другой порядок вступления в силу. При определении этого «другого порядка» законодатель, однако, связан требованиями статьи 57 Конституции Российской Федерации.

Статья 2 Федерального закона «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах» распространила часть вторую пункта 7 статьи 5 Федерального закона «Об акцизах» на отношения, возникшие до истечения десяти дней с момента его официального опубликования, т.е. придала этой норме обратную силу. Тем самым с 1 февраля 1996 года были введены акцизы по подакцизным товарам, происходящим и ввозимым с территории государств — участников Содружества Независимых Государств, которые ранее акцизами не облагались, что ухудшает положение налогоплательщиков и явно нарушает статью 57 Конституции Российской Федерации. Негативные последствия придания закону обратной силы связаны также с недифференцированным его применением таможенными органами без учета требований названной конституционной нормы.

6. Согласно статье 4 Федерального закона «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» официальным опубликованием закона считается первая публикация его полного текста в «Российской газете» или в «Собрании законодательства Российской Федерации».

День 11 марта 1996 года, которым датирован выпуск «Собрания законодательства Российской Федерации» с текстом Федерального закона «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах» не может считаться днем его обнародования. Указанная дата, как свидетельствуют выходные данные, совпадает с датой подписания издания в печать, и, следовательно, с этого момента еще реально не обеспечивается получение информации о содержании закона его адресатами.

В «Российской газете» оспариваемый Федеральный закон был опубликован 13 марта 1996 года. Именно этот день должен быть признан днем официального его опубликования. Следовательно, данный Закон в части, ухудшающей положение налогоплательщиков, не подлежит введению в действие ранее 24 марта 1996 года, когда истекает десятидневный срок с момента его опубликования.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 71, 72, 74, 75, 100 и 104 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

1. Признать не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статье 57, часть первую статьи 2 Федерального закона от 7 марта 1996 года «О внесении изменений в Закон Российской Федерации «Об акцизах» по содержанию норм и по порядку введения в действие в части, устанавливающей с 1 февраля 1996 года акцизы на товары, указанные в части второй пункта 7 статьи 5 Федерального закона «Об акцизах».

2. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.

Читайте так же:  Президиум городского суда жалобы

3. Согласно статье 73 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Собрании законодательства Российской Федерации», «Российской газете». Постановление должно быть также опубликовано в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».

Источник: http://taxpravo.ru/sudebnie_dela/statya-88775-postanovlenie_konstitutsionnogo_suda_rf_ot_24_oktyabrya_1996_g_No

Постановление Конституционного Суда РФ от 16.01.1996г. N 1-П

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего В.Г. Ярославцева, судей М.В. Баглая, Н.В. Витрука, Г.А. Гаджиева, А.Л. Кононова, Т.Г. Морщаковой, Ю.Д. Рудкина, О.И. Тиунова, Б.С. Эбзеева, с участием гражданина А.Б. Наумова как стороны, обратившейся с жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьями 36 и 99 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности частей первой и второй статьи 560 Гражданского кодекса РСФСР.

Поводом к рассмотрению дела явилась жалоба гражданина А.Б. Наумова на нарушение его конституционного права наследования частью первой статьи 560 ГК РСФСР, примененной при разрешении его исковых требований.

Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствуют ли Конституции Российской Федерации положения частей первой и второй статьи 560 ГК РСФСР, устанавливающие особый порядок наследования в имуществе колхозного двора.

Заслушав сообщение судьи — докладчика Г.А. Гаджиева, объяснения стороны, обратившейся с жалобой, выступление приглашенного в заседание представителя Министерства юстиции Российской Федерации — начальника Управления хозяйственного и гражданского законодательства П.В. Крашенинникова, исследовав имеющиеся материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил:

1. Истцы А.Б. Наумов и Л.Б. Кудашева обратились в Раменский городской суд Московской области с иском к Н.Б. Дрожжиной и В.Б. Щетинину о признании права собственности на часть дома в деревне Никулино Раменского района. Суд отказал в удовлетворении их исковых требований исходя из того, что этот дом является частью имущества колхозного двора и, следовательно, на него распространяется правило части первой статьи 560 ГК РСФСР, согласно которой в случае смерти члена колхозного двора наследование в имуществе двора не возникает.

А.Б. Наумов обратился в Конституционный Суд Российской Федерации с жалобой о проверке конституционности этой нормы, поскольку полагает, что ею нарушается его конституционное право наследования, гарантируемое статьей 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации.

2. Часть первая статьи 560 ГК РСФСР, которую обжалует заявитель, неразрывно связана с частью второй этой статьи, согласно которой, если после смерти члена колхозного двора других членов двора не остается, к имуществу двора применяются общие правила наследования.

Оценка содержания части первой статьи 560 ГК РСФСР с точки зрения соответствия Конституции Российской Федерации требует ее рассмотрения в совокупности с частью второй той же статьи, поскольку последняя определяет сущностные пределы ограничения, сформулированного в обжалуемой норме. Кроме того, частью третьей статьи 560 ГК РСФСР положения о наследовании в колхозном дворе, содержащиеся в частях первой и второй той же статьи, распространены на наследование имущества граждан, занимающихся индивидуальной трудовой деятельностью в сельском хозяйстве.

3. Начавшиеся в середине 80-х годов преобразования в социально-экономической жизни страны повлекли изменения в правовом статусе колхозного двора. В Примерном уставе колхоза, принятом 25 марта 1988 года IV Всесоюзным съездом колхозников, понятие «колхозный двор» уже отсутствовало. Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о земле, введенные в действие 15 марта 1990 года, также не предусматривали специальный институт колхозного двора. С момента введения их в действие институт колхозного двора, связанный с предоставлением земли колхозом, утратил в земельном законодательстве правовую основу: предоставление земли всем гражданам, в том числе членам колхоза, стало осуществляться только местными Советами народных депутатов.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Институт колхозного двора в гражданском праве предполагал ранее особый правовой режим имущества, принадлежащего его членам на праве совместной собственности. В собственности колхозного двора находились подсобное хозяйство на приусадебном участке земли, жилой дом, продуктивный скот, птица и мелкий сельскохозяйственный инвентарь. Часть первая Гражданского кодекса Российской Федерации 1994 года не содержит понятия «колхозный двор». В связи с этим статья 126 ГК РСФСР о собственности колхозного двора и, следовательно, признание его специального правового режима в гражданском законодательстве также утратили силу с 1 января 1995 года (статья 2 Федерального закона от 21 октября 1994 года «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Статья 560 ГК РСФСР, хотя формально и не была признана утратившей силу, не подлежит применению, поскольку законодательству, принятому после вступления в силу действующей Конституции Российской Федерации, правовой режим колхозного двора неизвестен. Однако, как показывает практика, положения статьи продолжают применяться, что затрагивает охраняемое государством конституционное право наследования.

В связи с этим Конституционный Суд Российской Федерации обязан проверить конституционность норм данной статьи, так как в соответствии с частью второй статьи 43 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» в случаях, когда норма, конституционность которой оспаривается, была отменена либо утратила силу к началу или в период рассмотрения дела, начатое Конституционным Судом Российской Федерации производство не может быть прекращено, если в результате ее действия нарушаются конституционные права и свободы граждан.

4. Согласно статье 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Этим требованием определяются границы использования гражданами своих прав, на что указано и в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, устанавливающей возможность ограничения прав и свобод законодателем в том числе для защиты прав и законных интересов других лиц.

Право наследования, предусмотренное статьей 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации и более подробно урегулированное гражданским законодательством, обеспечивает гарантированный государством переход имущества, принадлежавшего умершему (наследодателю), к другим лицам (наследникам). Это право включает в себя как право наследодателя распорядиться своим имуществом, так и право наследников на его получение. Право наследования в совокупности двух названных правомочий вытекает и из статьи 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предусматривающей возможность для собственника распорядиться принадлежащим ему имуществом, что является основой свободы наследования.

Читайте так же:  Бесплатное составление искового заявления в суд

Вместе с тем статья 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации не провозглашает абсолютной свободы наследования. Она, как и некоторые другие права и свободы, может быть ограничена законодателем, но только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации), то есть при условии, что ограничения носят обоснованный и соразмерный характер.

5. Нормы частей первой и второй статьи 560 ГК РСФСР, не отменяя права наследования, допускают открытие наследства лишь при прекращении колхозного двора, в том числе после смерти последнего его члена. Специальный порядок открытия наследства в колхозном дворе, отличный от общих норм наследственного права, ставил субъективное право наследования в зависимость от не имеющих отношения к индивиду условий (а именно — от прекращения существования колхозного двора в различных формах), характер которых делал субъективное право практически нереализуемым.

При этом право члена колхозного двора составить завещание на долю в имуществе двора формально сохранялось. Однако при наличии других членов двора после смерти завещателя наследство в колхозном дворе не открывалось, а завещание на долю имущества колхозного двора объявлялось недействительным. Таким образом, условия, введенные законодателем, лишали наследодателей и наследников возможности осуществлять свободное волеизъявление по завещанию и принятию наследства либо отказу от него. Установление такого рода условий искажало основное содержание права наследования.

Указанные ограничения, направленные на то, чтобы не допустить открытия наследства в имуществе колхозного двора, несоотносимы ни с одной из целей, перечисленных в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, которые могли бы оправдать ограничения прав граждан федеральным законом.

Законодатель вправе учитывать специфику отношений, возникающих в области сельскохозяйственного производства, и в целях защиты законных интересов его участников вводить на основании федерального закона соразмерные ограничения конституционного права наследования. Подобный характер имеет правило статьи 258 ГК Российской Федерации 1994 года, в соответствии с которым земельный участок и средства производства, принадлежащие крестьянскому (фермерскому) хозяйству, при выходе какого-либо его члена из хозяйства разделу не подлежат. Вышедший из хозяйства имеет право на получение денежной компенсации, соразмерной его доле в общей собственности на это имущество.

Аналогичный способ защиты интересов может использоваться по отношению к подсобным хозяйствам, занявшим место существовавших ранее колхозных дворов. Правила же статьи 560 ГК РСФСР ограничивают конституционные права наследодателей и наследников не соответствующим Конституции Российской Федерации образом, несоразмерно указанным в ней целям и в силу этого противоречат Конституции Российской Федерации.

6. Согласно части второй статьи 87 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» признание нормативного акта либо отдельных его положений не соответствующими Конституции Российской Федерации является основанием отмены в установленном порядке положений других нормативных актов, воспроизводящих его или содержащих такие же положения, какие были предметом обращения. До их отмены положения этих нормативных актов не могут применяться судами, другими органами и должностными лицами.

Учитывая, что часть третья статьи 560 ГК РСФСР фактически воспроизводит правила ее частей первой и второй, которые являются предметом рассмотрения по жалобе гражданина А.Б. Наумова, Конституционный Суд Российской Федерации вправе применить указанное положение Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» в отношении нормы части третьей статьи 560 ГК РСФСР, хотя она не являлась предметом жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 71, 72, 74, 75 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации постановил:

1. Признать части первую и вторую статьи 560 ГК РСФСР не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 35 (части 2 и 4) и 55 (часть 3).

2. Согласно части второй статьи 87 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» положение части третьей статьи 560 ГК РСФСР, как воспроизводящее положения частей первой и второй данной статьи, признанных настоящим Постановлением неконституционными, не может применяться судами, другими органами и должностными лицами.

3. Согласно части второй статьи 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» гражданское дело по иску А.Б. Наумова и Л.Б. Кудашевой подлежит пересмотру в обычном порядке.

4. Согласно частям первой и второй статьи 79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление является окончательным, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после его провозглашения и действует непосредственно.

5. Согласно статье 78 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Собрании законодательства Российской Федерации» и «Российской газете».

Источник: http://main-law.ru/ksrf/1-p_ot_16-01-1996

Постановление Конституционного Суда РФ от 02.02.1996г. N 4-П

Конституционный Суд Российской Федерации в составе председательствующего Н.В. Селезнева, судей М.В. Баглая, Г.А. Гаджиева, А.Л. Кононова, Т.Г. Морщаковой, Ю.Д. Рудкина, О.И. Тиунова, В.Г. Ярославцева, с участием граждан К.М. Кульнева и Ю.В. Лукашова, обратившихся с жалобами в Конституционный Суд Российской Федерации; доктора юридических наук А.С. Горелика — представителя гражданина И.П. Серебренникова, также обратившегося с жалобой в Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь статьей 125 (часть 4) Конституции Российской Федерации, пунктом 3 части первой, частями второй и третьей статьи 3, пунктом 3 части второй статьи 22, статьей 36, частью первой статьи 96, статьями 97 и 99 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», рассмотрел в открытом заседании дело о проверке конституционности пункта 5 части второй статьи 371, части третьей статьи 374 и пункта 4 части второй статьи 384 Уголовно — процессуального кодекса РСФСР.

Читайте так же:  Операция на сетчатке глаза витрэктомия сроки восстановления

Поводом к рассмотрению дела явились жалобы граждан К.М. Кульнева, В.С. Лалуева, Ю.В. Лукашова и И.П. Серебренникова на нарушение их конституционных прав нормами статей 371, 374 и 384 УПК РСФСР, примененными в делах этих граждан.

Основанием к рассмотрению дела явилась обнаружившаяся неопределенность в вопросе о том, соответствует ли содержание обжалуемых норм УПК РСФСР положениям Конституции Российской Федерации, гарантирующим право граждан на судебную защиту.

Заслушав выступление судьи — докладчика Т.Г. Морщаковой, объяснения сторон и выступление приглашенного в заседание представителя Верховного Суда Российской Федерации В.И. Радченко, изучив представленные материалы, Конституционный Суд Российской Федерации установил:

1. Граждане К.М. Кульнев, В.С. Лалуев, Ю.В. Лукашов и И.П. Серебренников, в разное время осужденные к мерам наказания, связанным с лишением свободы, на протяжении длительного времени оспаривали законность и обоснованность своего осуждения, ссылаясь на то, что при рассмотрении уголовных дел суды не учли существенные, в том числе оправдывающие их, обстоятельства, имеющие значение для принятия правильного решения, а также допустили ошибки при применении уголовного закона. В результате проверки в кассационном и надзорном порядке различными судебными инстанциями, включая Президиум Верховного Суда Российской Федерации, первоначально вынесенные незаконные и необоснованные судебные решения были существенно скорректированы. Однако, по мнению осужденных, допущенные в отношении них судебные ошибки полностью устранены не были. Последующие жалобы в Верховный Суд и Генеральную прокуратуру Российской Федерации были оставлены без удовлетворения в связи с тем, что действующий уголовно — процессуальный закон не предусматривает возможности пересмотра судебных решений в подобных ситуациях.

Заявители обратились в Конституционный Суд Российской Федерации, поскольку считают, что положенные в основу отказов в пересмотре решений по их делам нормы статей 371, 374 и 384 УПК РСФСР не соответствуют статьям 45, 46 (часть 1) и 50 (часть 3) Конституции Российской Федерации и ограничивают их право на судебную защиту.

2. Конституционный Суд Российской Федерации на основании статьи 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» признал жалобы граждан К.М. Кульнева, В.С. Лалуева, Ю.В. Лукашова и И.П. Серебренникова допустимыми, так как положения Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, конституционность которых оспаривается заявителями, послужили основанием для отказа в пересмотре приговоров по их уголовным делам, т.е. были применены, и затрагивают конституционные права заявителей. Поскольку эти жалобы вызваны одинаковыми правовыми ситуациями, исключающими после исчерпания полномочий надзорных инстанций (статьи 371 и 374 УПК РСФСР) возможность исправления судебных ошибок, в том числе путем возобновления дела по вновь открывшимся обстоятельствам (статья 384 УПК РСФСР), Конституционный Суд Российской Федерации признал их касающимися одного и того же предмета и, руководствуясь статьей 48 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», соединил в одном производстве.

Конституционный Суд Российской Федерации, не будучи связанным основаниями и доводами жалоб, вправе проверить конституционность только тех норм, которые были применены или подлежали применению в конкретном деле. В силу этого предметом рассмотрения в настоящем заседании могут быть лишь те положения статей 371, 374 и 384 УПК РСФСР, на основе которых были приняты решения об отказе в пересмотре приговоров по уголовным делам заявителей, а именно: пункт 5 части второй статьи 371 и часть третья статьи 374 УПК РСФСР, исключающие принесение протестов на постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации и пересмотр этих постановлений в порядке надзора, и пункт 4 части второй статьи 384 УПК РСФСР, устанавливающий ограниченный круг оснований возобновления дел по вновь открывшимся обстоятельствам. При этом Конституционный Суд Российской Федерации, обязанный воздерживаться от установления и исследования фактических обстоятельств в случаях, если это относится к компетенции других судов и иных органов, не входит в оценку законности и обоснованности самих решений по уголовным делам, вынесенных в отношении названных граждан, а рассматривает лишь вопрос о соответствии обжалуемых ими норм Уголовно-процессуального кодекса РСФСР Конституции Российской Федерации.

3. В соответствии со статьей 371 УПК РСФСР пересмотр в порядке надзора вступивших в законную силу приговора, определения и постановления суда с целью устранения допущенных при их вынесении ошибок осуществляется лишь по протесту того прокурора, председателя суда или их заместителей, которым это право предоставлено законом. Но никто из названных должностных лиц, включая высших в иерархии управомоченных на принесение протестов — Председателя Верховного Суда Российской Федерации и Генерального прокурора Российской Федерации, не наделяется правом принесения протестов на постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации (пункт 5 части второй статьи 371 УПК РСФСР).

В законе не предусмотрена и судебная инстанция, которая была бы правомочна в случае судебной ошибки рассмотреть такой протест. Часть третья статьи 374 УПК РСФСР устанавливает, что Президиум Верховного Суда Российской Федерации рассматривает дела по протестам на приговоры и определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, а также на постановления судей Верховного Суда Российской Федерации о предании суду и не наделяет Президиум Верховного Суда Российской Федерации полномочиями по пересмотру в порядке надзора его собственных постановлений.

В силу этих положений закона постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации, независимо от качества содержащихся в них решений, не могут стать объектом судебной проверки в порядке надзора. Поданные в порядке надзора жалобы граждан на решения Президиума Верховного Суда Российской Федерации не подлежат изучению, так как априори являются недопустимыми. Таким образом, действующий уголовно-процессуальный закон исходит из абсолютного запрета выявлять и устранять в надзорном порядке любые судебные ошибки, если дело было рассмотрено в качестве высшей судебно-надзорной инстанции Президиумом Верховного Суда Российской Федерации.

4. При проверке конституционности обжалуемых норм уголовно — процессуального закона Конституционный Суд Российской Федерации в соответствии с частью второй статьи 74 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» оценивает не только их буквальный смысл, но и то содержание, которое эти правовые нормы приобретают, исходя как из их места в системе правовых актов, так и из правоприменительной практики.

Читайте так же:  Фундаментальные нарушения норм процессуального права

Ранее, в соответствии с законодательством Союза ССР, отсутствие у Прокурора РСФСР, Председателя Верховного Суда РСФСР и их заместителей права принести протест на постановление Президиума Верховного Суда РСФСР компенсировалось наличием такого права у Генерального прокурора СССР, Председателя Верховного Суда СССР и их заместителей, которые могли опротестовать это решение в случае его незаконности или необоснованности в Пленум Верховного Суда СССР, что до сих пор закреплено в статье 371 УПК РСФСР. В соответствии с этим в 1991 году на имя Председателя Верховного Суда СССР было направлено представление Председателя Верховного Суда РСФСР о необходимости внесения в Верховный Суд СССР протеста на приговор и все последующие судебные решения по делу одного из заявителей в настоящем процессе — К.М. Кульнева. Такой протест не был принесен, поскольку после прекращения деятельности Верховного Суда СССР рассмотрение в порядке надзора жалоб граждан на постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации стало невозможным.

Однако эффективность того или иного средства правовой защиты прав граждан должна оцениваться применительно ко всей совокупности таких средств. Обжалуемые заявителями положения статей 371 и 374 УПК РСФСР являются составной частью института пересмотра приговоров, определений и постановлений, вступивших в законную силу. Этот институт, закрепленный в разделе VI УПК РСФСР, включает в себя как надзорный порядок пересмотра судебных решений, так и порядок возобновления дел с вступившими в законную силу приговорами по вновь открывшимся обстоятельствам. Последний, будучи особой стадией уголовного судопроизводства, предусматривает основания и процедуры устранения допущенных при рассмотрении уголовных дел судебных ошибок, которые не были или не могли быть выявлены ранее.

По своему содержанию и предназначению возобновление дел, т.е. их новое рассмотрение, выступает в качестве механизма, дополняющего все обычные способы обеспечения правосудности приговоров. Этот вид производства, имеющий как бы резервное значение, используется, когда не применимы или были исчерпаны другие средства процессуально-правовой защиты. Поэтому на него не распространяются некоторые существенные процессуальные условия, присущие обычному порядку судопроизводства: нет такой судебной инстанции, решения которой считались бы окончательными и не могли бы пересматриваться, не действуют ни запрет пересмотра той же самой инстанцией ее собственных решений, ни запрет повторного участия судей в рассмотрении дела.

Таким образом, установление уголовно-процессуальным законом конечной судебно-надзорной инстанции, решения которой не подлежат пересмотру в порядке надзора, само по себе не влечет отказа в праве на судебную защиту для граждан, чьи права нарушены в результате судебной ошибки, поскольку наряду с обычными предусмотрены и дополнительные способы защиты этих прав в процедуре возобновления дел в порядке статей 384 — 390 УПК РСФСР.

5. Пересмотр вступившего в законную силу приговора, определения или постановления суда в порядке возобновления дела по вновь открывшимся обстоятельствам в соответствии с частью второй статьи 384 УПК РСФСР возможен в связи с установлением приговором суда преступных действий участников процесса, повлекших неправосудное решение (пункты 1 — 3), или в связи с иными, не известными суду на момент вынесения решения обстоятельствами, которые сами по себе либо вместе с ранее установленными доказывают невиновность осужденного или совершение им иного преступления, нежели то, за которое он осужден, а равно доказывают виновность оправданного или лица, в отношении которого дело было прекращено (пункт 4).

Как следует из содержания части второй статьи 384 УПК РСФСР, и прежде всего ее пункта 4, основанием к возобновлению производства в процедуре, предусмотренной статьями 384 — 390 УПК РСФСР, не может служить неправосудность вынесенных по делу решений, если она явилась результатом либо игнорирования собранных доказательств, нашедших отражение в материалах дела, либо их ошибочной оценки, либо неправильного применения закона.

Такое ограничение круга оснований, при наличии которых возможно возобновление уголовного дела в целях пересмотра незаконного или необоснованного судебного решения, не подлежащего при этом исправлению ни в каком другом, в том числе надзорном, порядке, делает невозможным исправление многих судебных ошибок и восстановление нарушенных вследствие этого прав и законных интересов граждан.

6. Конституция Российской Федерации (статья 2), основываясь на принципах правового государства, провозглашает человека, его права и свободы высшей ценностью. Права человека, являясь естественными и неотъемлемыми, определяют смысл, содержание и применение законов (статья 18 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьями 2 и 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации государство обязано признавать, соблюдать и защищать права и свободы, создавая при этом эффективные правовые механизмы устранения любых нарушений, в том числе допущенных его органами и должностными лицами при осуществлении уголовного судопроизводства. Такая обязанность лежит прежде всего на законодателе, который в целях эффективного восстановления прав участников уголовного процесса определяет процедуры пересмотра неправосудных решений. Эти процедуры должны гарантировать приоритет прав и свобод человека и гражданина, не допуская предпочтения им даже самых важных общественных, ведомственных или личных интересов.

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Введение жестко ограниченного по объему понятия вновь открывшихся обстоятельств, позволяющих возобновить уголовное дело, по существу освобождает государство от обязанности обеспечивать приоритетную защиту прав и свобод в случаях судебных ошибок, не выявленных в обычном надзорном порядке, и ограничивает право каждого защищать свои интересы в таких ситуациях всеми не запрещенными законом способами (статья 45, часть 2, Конституции Российской Федерации).

Какие-либо ограничения прав и свобод граждан согласно статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации допустимы только на основе федерального закона и, следовательно, лишь в строгом соответствии с ним. В случаях судебных ошибок, повлекших незаконное и необоснованное осуждение, напротив, права граждан ограничиваются приговором, не основанным на законе, противоречащим его требованиям, что во всяком случае должно расцениваться как нарушение приведенных положений Конституции Российской Федерации и в соответствии с ее статьей 18 подлежит устранению правосудием. Законодатель не вправе ограничить эти конституционные прерогативы правосудия.


Источник: http://main-law.ru/ksrf/4-p_ot_02-02-1996
Постановление конституционного суда 1996
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here